БЕРНАРД РОНАЛЬД РОБЕРТ ЛЬЮИС СТИВЕНСОН

http://www.newnownext.com/wp-content/uploads/backlot/2015/01/i.asp_.gif
» 23 (15.01.1992)    » известный писатель   » за матушку

STORY

Бернард происходит из древнего рода, уходящего корнями далеко в историю, которую он бы знал, если бы занимался на уроках не всем, чем угодно, кроме должного. Но как бы то ни было, сейчас он единственный наследник. И других вряд ли предвидится. Хотя бы потому что его матушке далеко за 60, а бастарды отца (если они и есть) точно не считаются.
Бернарда любили. Все и всегда. Особенно многочисленная обедневшая родня. Впрочем, он всегда знал, что они не достойны его внимания. По крайней мере, матушка всегда говорила именно так.
Тетушка Летиция, родрная сестра его отца, стоит признать, все же стала исключением из правил. Иногда Бернарду казалось, что она его совсем-совсем не любила, однако матушка всегда объясняла холодность Кларенс сложным характером, тяжелым детством и нелегкой судьбой.
Впервые Бернард осознал, что его призвание — быть известным писателем, еще в пять лет, именно тогда он создал свой первый рассказ. В от день, помнится, восторгам матушки не было предела. Вся остальная родня, проживающая на содержании за счет доброты родителей Бернарда, добровольно поддержала.
Юмному дарованию явно понравилась реакция и оно решило, что должно стать новым Достоевским и жечь глаголом жалкие людские душонки.  Про самого Достоевского юное дарование в те годы знало крайне мало (да и с годами ситуация не сильно улучшилась), однако, Бернард уже в то время слышал рассказы об этом русском от кого-то из многочисленной родни и уже тогда понимал, что он крут. Но это не страшно. Потому что Бернарду суждено было стать гораздо и гораздо лучше. Он понимал это уже тогда. К тому же душу грел тот факт, что он приходился дальним родственником тому самому Стивенсону, который написал множество чудных историй, которыми Бернард зачитывался все свое детство. Значит, он точно сможет не хуже.
Школу Бернард никогда не любил. Он находил это пустой тратой времени, поэтому в ультимативном порядке отказался туда ходить еще в третьем классе начальной школы. Вместо этого учителя и репетиторы стали ходить к нему. И тогда Бернард осознал, что все английское образование прогнило насквозь, поскольку менее нудной вся эта штука ни разу не стала. Впрочем, дело было даже не в скуке — Бернард и так прекрасно знал, чем он собирается заниматься в своей жизни, поэтому в упор не понимал, зачем ему нужно было все остальное. Всякая математика с физикой, к примеру. О, это было просто ужасно.
Но как истинный ариец и достойный наследник своего рода, Бернард эти испытания, естественно, выдержал с должной стойкостью.
Вполне очевидно, что после окончания школы мистер Стивенсон поступил в университет. Очевидно, что в Оксфорд, где и учились его предки. Конечно же, на отделение лингвистики. Его великое будущее было уже так близко.
Еще в университете Бернард под псевдонимом Уолтер Уайт начал публиковать свои мистически-детективные рассказы. Потому что он хотел знать, чего он стоит на самом деле. Разумеется, весь скромный тираж в 5 миллионов был скуплен в течение недели. И совершенно нет никакого смысла обращать внимание на то, что всю неделю каникул в дом его матери привозили какие-то коробки. Новая посуда, значит, новая посуда. Бернард слишком любит матушку, чтобы спорить и мучить ее расспросами.
После того, как первый тираж так быстро разошелся, мистером Стивенсоном заинтересовались издатели. И это было тоже вполне предсказуемо. Ему суждено было стать величайшим писателем современности. И нет совершенно никакой необходимости обращать внимание на гневные отзывы от якобы ведущих критиков. О, Бернард как поистине великий художник готов понести ношу непонятости и всеобщего осуждения. И назло всем самым отчаянным критикам его следующий роман (детектив с элементами эротики и бдсм) принес ему поистине мировую славу. Книгу расхватали как горячие пирожки. Теперь стало модным говорить о том, что Бернард как никто понимает тайные желания женщин и не боится говорить об этом открыто.
В 23 он стал самым знаменитым шотландцем и самым продаваемым писателем за всю историю Англии. Ему было, чем гордиться. Теперь на многочисленных интервью он скромно вздыхал и говорил о том, что никак не может найти своей суженной. Той, которая сможет понять и принять его таким, как он есть.
И нет, он даже ни разу не лукавил. Просто таким, как он есть, его принимала только матушка. И то потому что у нее и не было другого выхода — единственный отпрыск. А вот от непонимания его тонкой натуры Бернард страдал всю свою сознательную жизнь. Но как истинный писатель готов был нести свою ношу до конца.

SMTH ABOUT ME

» (finn wittrock), 180, неземная красота
» гениальный писатель
» как истинный нарцисс, крайне щепетилен к своей внешности;
» капризен донельзя и звездит похлеще мадонны;
» не выносит громких звуков и сильного шума;
» за день выпивает не менее двух литров молока;
» никогда не признается, но его самым любимым занятием является раздача автографов, хотя он и не позволяет уделять » этому более пяти минут в день, дабы фанаты не расслаблялись.

WEB

связь под хайдом

LETTERS

ПОСТ

Бернард сильно нервничал, и на это были свои причины. Встретив Лену, он забыл обо всем на свете. Но на свете есть то, о чем забывать ни в коем случае нельзя.. Разумеется, никогда нельзя забывать о матушке. Стивенсон до сих пор не понимал, как он умудрился так поступить. Это было какое-то красиво, других объяснений у него, право слово, не было.
Нет, конечно, в Детройте он звонил матушке, правда, всего два раза. По полторы минуты, за которые успевал выпалить яживвсенормально, а в оставшиеся 85 секунд рассказывал, как сильно любят. Настолько сильно, что не позволял ей встать в свой монолог ни слова. После чего по плану шло объяснение о том, что сейчас он занят так, как никогда в своей жизни, и Бернард вешал трубку, испытывая болезненный укол совести. Приятного было мало, но тогда возвращение домой маячило в далеком будущем, а значит, можно было заняться гораздо более интересными вещами.
Теперь Бернард дома, и расплата неминуема.
Конечно же, он знает и помнит, что матушка его любить, однако это ни в коем разе не отменяет того факта, что он умудрился страшно накосячить.
Весь полет домой он готовил речь, но как только оказался в родных стенах, кажется, напрочь все забыл. И хотя Бернард точно никогда не страдал от косноязычия, но придумать причину, которая могла бы успокоить матушку и сменить гнев на милость, все равно не мог.
Было еще ранее утро, но Бернарду уже сообщили, что миссис Стивенсон уже встала. Значит, плохо спала ночью, значит, не в духе, значит, Бернарду можно было не заезжать домой, а сразу лететь в Антарктиду.
- Господи, да исчезни ты уже, - Бернард отодвинул от себя подальше несчастную болонку, которая пыталась то ли облизать, то ли отгрызть ему пальцы, на что в ответ эта жертва селекции разлилась громким визгливым лаем.
Стивенсон обреченно вздохнул, сжал пальцами переносицу, и вышел на террасу.  Нельзя сказать, что он так уж не любил животных. Две красавицы гончии маменьки хотя бы радовали глаз. А вот зачем ей понадобилось это мелкое чудовище, история умалчивает. И ладно бы она ей нравилась, нет же, еще меньше, чем сам Бернард болонку, кажется, ненавидит только матушка. Но живет она у них все равно уже почти три года. Женщины.
Звук шлепнувшихся на пол пакетах возвестил о том, что животное-которое-должно-было-давно-сдохнуть все-таки добралась до падарков для матушки. Бернард весьма цензурно выругался и поспешил поднять все как было. Впрочем, ничего бьющегося. К тому же самое ценное (дорогущий фирменный браслет в стиле Долорес) лежал у него во внутреннем кармане.
Заслышав знакомые шаги, Бернард быстро уселся в кресло и изобразил скучающе-расслабленный вид. Он не  должен был переживать, он ни в чем не виноват.
- Маменька! Я так рад тебя видеть. Я скучал, - пока Долорес не успела ничего сказать, он встал, заключил маменьку в крепкие объятия и расцеловал в обе щеки.